По следам «премудрых пискарей» после трагедии в Перми

Неправильно полагают те, кои думают, что лишь те пискари могут считаться достойными гражданами, кои, обезумев от страха, сидят в норах и дрожат. Нет, это не граждане, а по меньшей мере бесполезные пискари. Никому от них ни тепло, ни холодно, никому ни чести, ни бесчестия, ни славы, ни бесславия… живут, даром место занимают да корм едят.

Все это представилось до того отчетливо и ясно, что вдруг ему страстная охота пришла: «Вылезу-ка я из норы да гоголем по всей реке проплыву!» Но едва он подумал об этом, как опять испугался. И начал, дрожа, помирать. Жил — дрожал, и умирал — дрожал.

—М.Е. Салтыков-Щедрин: Премудрый пискарь

После массового расстрела в Перми, в разнообразных комментариях в Интернете, снова, как грибы после дождя, появились различные радетели за «безопасность» всех и вся, пытающиеся высечь море в отместку за мосты, размётанные бурей. Для этих «благонамеренных идиотов» уже даже сам массовый убийца в своём «манифесте» писал, что если бы он не смог купить гражданское огнестрельное оружие, то купил бы автомобиль или ещё что-нибудь эдакое взял, что в его руках послужило бы оружием. Но нет, постоянно в комментариях находятся всякие, не очень дружащие с окружающей действительностью люди, которые свято уверены в том, что корень проблемы кроется в нынешних правилах для получения лицензии на гражданское огнестрельное оружие и стоит эти правила «правильно» подредактировать — так сразу же нынешние массовые убийства в учебных заведениях прекратятся как по мановению волшебной палочки.

Но это ошибочное мнение. В современном высохотехнологичном мире вокруг нас полным полно разнообразных опасных вещей, которые могут попасть в руки психопату — просто в этот раз оружие показалось пермскому психопату более удобным для совершения массового убийства. В следующий раз это может быть автомобиль — как в Европе, или нож — как в Китае или Японии. Хоть это и покажется крайне удивительным сторонникам бессмысленных запретов — но в двух последних странах, несмотря на огромнейшую сложность, а местами и полную невозможность получения лицензии на огнестрельное оружие простым человеком — массовые убийства в учебных заведениях существуют и там. Просто тамошние психопаты используют ножи вместо ружей и, как это ни удивительно для комнатных Рэмбо, готовых смело бросаться на нож с голыми руками, жертвы этих психопатов были столь же беззащитны и их было столь же много, как и во всём остальном мире.

К сожалению, на данный момент у нас, в обсуждениях случившегося, очень любят придумывать новые запреты, изобретательно соревнуясь в том, как бы сделать себе же или соседу хуже. Уровень «экспертизы» в этих обсуждениях можно оценить по тому, что в одном из них я сталкивался с предложением не допускать до законотворчества в оружейной области тех людей, кто увлечён оружием, разбирается в нём и имеет оное в личной собственности — дескать такие люди пристрастны и не смогут придумать адекватных правок в законы. Зато безусый тиктокер в штанах с подворотами, неспособный отличить затворную задержку от задержки месячных и имеющий представление о гражданском оружии как о двудулках, с которыми деды-охотники ходят в лес дабы злодейски хохоча забить оленя прикладами на глазах всей его семьи — мамы-оленихи и выводка юных диснеевских Бэмби — это именно тот человек, который сможет придумать чёткие и беспристрастные законы!

По моему мнению, деятельность всех этих комментаторов-запретителей — бесполезна. Единственное, на что они способны — успокоить клуш, живших 30 лет с головой в песке и не знавших, что у нас все 30 лет можно было получить лицензию в МВД/Росгвардии и стать полноправным владельцем сначала гладкоствольного оружия (ружьё, стреляющее патронами с дробью/картечью/огроменными пулями 12 калибра и не только), а через 5 лет безупречного владения оным — и владельцем нарезного оружия (практически любое длинноствольное современное оружие, начиная от автомата Калашникова или СВД «как у Мишки Пореченского» и заканчивая гражданской версией G36 или ручным пулемётом Дегтярёва — правда всё это оружие, по требованию законодателя, должно быть переделано на заводе так, чтобы оно не могло вести автоматический огонь — только одиночные выстрелы). А теперь оные клуши внезапно узнали, что всё это великолепие давно продавалось в оружейном магазине на соседней улице — и думают будто в случившейся трагедии виновато оружие. Не испортившиеся отношения в семье и в обществе, «благодаря» которым мы можем годами жить рядом с ожидающим своего часа психопатом — и так и не узнать о его злодейских планах, не говоря уже о каком-то его исправлении путём нормального человеческого общения. Не проблемы с системой образования, благодаря которым написанный 18-летним убийцей длинный, связный текст, без грамматических и орфографических ошибок — воспринимается как что-то невозможное и порождает конспирологические теории о том, что этот текст за него написали тайные тёмные силы. И не проблемы со средствами массовой информации, которые всюду разносят имя и фотографии убийцы, выставляя его чуть ли не на первые полосы газет, как это делали CNN и NYT в конце прошлого века во время аналогичной трагедии в США — и тут же у того убийцы нашлись последователи, которым захотелось легко и просто получить свои 5 минут славы в газетах и на телевидении. Но зато у нас теперь во всём виноват банальный инструмент для закидывания металлических болванок точно в цель! Впрочем, со СМИ у нас отдельные проблемы, ведь журналисты умудряются ради «жареных фактов» разносить всюду что пермский психопат дескать не только увлекался оружием, а ещё и историей очень сильно интересовался и вообще был тихим человеком, не любившим шумные компании — как будто это имеет какое-то значение.

Тут я перехожу к первой проблеме разнообразных интернет-комментаторов, изобретательно придумывающих всё новые запреты. Они сакрализируют оружие и боятся его, выставляя оное как «страшную гром-палку, имеющую единственное предназначение — убивать людей» (возможно, именно под влиянием таких распространённых в обществе взглядов, всякие психи первым делом начинают копить деньги на какое-нибудь дешёвое ружьё). Для них оружие — это некий сакральный предмет, который дарует любому человеку ощущение вседозволенности и неуязвимости, стоит лишь взять оное оружие в руки. И по их мнению, массовые убийства происходят исключительно потому, что психически неустойчивый человек, получив доступ к оружию, почувствовал себя не «тварью дрожащей», а без пяти минут Чаком Норрисом. Я искренне считаю, что от таких комментаторов стоит держать подальше любую штуку со стволом и способностью стрелять в цель — при их взглядах на оружие как на магическую вещь, вроде меча Куллерво из эпоса «Калевала»:

Калервы сын, Куллервойнен,
Меч вытаскивает острый,
Повернул кругом железо;
У меча тогда спросил он,
Хочет знать его желанье:
Не захочет ли оружье
Мяса грешного отведать
И напиться злобной крови?
Понял меч его желанье,
Он учуял мысли мужа,
Говорит слова такие:
“Отчего же не желать мне
Мяса грешного отведать
И напиться злобной крови,
Коль пронзаю я безгрешных,
Пью я кровь у неповинных?”

Взгляд на (гражданское) оружие лишь как на инструмент для засылки металлических болванок примерно в цель — коим оно и является — как на инструмент вроде токарного станка или дрели, при использовании которого надо соблюдать технику безопасности, чтобы никто не пострадал — не очень распространён, увы.

Из бессмысленной сакрализации оружия вытекает и вторая проблема таких комментаторов — полное отсутствие опыта обращения с оружием. Они боятся, что оружие само по себе выстрелит, что человек с оружейным чехлом внезапно достанет своё ружье в людном месте и сразу же начнёт всех расстреливать. И так далее.

Вместо того чтобы сходить хотя бы в тир — им намного легче обсуждать методы, которые напоминают борьбу с поносом при помощи заколачивания дверей в туалет. И в итоге, всё это приводит к печальным случаям как в Керчи, когда (как видно было на слитом в интернет видео с камеры видеонаблюдения) случайно попавшийся на пути тамошнего убийцы подросток — спокойно идёт ему навстречу, не осознавая опасности. Хотя, что тут осознавать, когда от опыта обращения с оружием оного подростка всегда тщательно ограждали, а компьютерные игры ошибочно научили тому, что дробовик это бесполезная «пукалка», опасная лишь при выстреле в упор? Когда даже в моём поколении нормальная начальная военная подготовка с разбиранием автомата Калашникова и учебными стрельбами из него же была не у всех? У моих друзей таковая военная подготовка была, а меня учили лишь ходить строем, быстро натягивать на голову противогаз и укрываться в складках местности от ядерного взрыва. В итоге, когда я пришёл в оружейный магазин покупать себе Вепрь-Молот — это, если очень сильно утрировать, сумрачное творение русских инженеров, представляющее собой огроменный и тяжеленный АК, переделанный под стрельбу патронами для дробовиков — то сильно оконфузился не сумев осуществить его неполную разборку-сборку, дабы убедиться в том, что на заводе все детали ружья были качественно изготовлены — я засыпался на этапе засовывания затвора вместе с затворной рамой в ствольную коробку (но потом конечно во всём разобрался).

После лирического отступления с воспоминаниями о покупке первого ружья добавлю, что в ту же категорию входят и интернет-комментаторы, заламывающие руки после просмотра видео с камер в оружейном магазине и на улице. Дескать «ах, он купил аж сто патронов, почему его никто не остановил, не спросил зачем они ему!!??», «ах, он шёл с оружейным чехлом по улице, почему его никто не остановил!!??» Если бы данные комментаторы потрудились поинтересоваться видами досуга с оружием, прежде чем выдумывать очередные идеи о том как бы побольнее выпороть самих себя — то они бы знали, что помимо охотников, которым может быть действительно достаточно одной пачки с патронами на целый год — существуют всякие стрелки «по тарелочкам», люди которым просто нравится пострелять по гонгам и попперам на стрельбище для собственного удовольствия, да всякие спортсмены, занимающиеся практической стрельбой или прочими тактико-циклическими, цилиндрическими и прочими видами спорта — чёрт ногу в них сломит. Для таких людей, сто патронов на одну единственную тренировку или банальную развлекательную стрельбу — это самый минимум и обычно нужно гораздо больше.

Так что в том, что кто-то приходит и покупает сто патронов — ничего удивительного нет — это рядовое явление в отечественных оружейных магазинах, не вызывающее ни у кого, кроме оторванных от жизни «запретителей», никакого удивления. Аналогично и с транспортировкой оружия в оружейном чехле на улице — это совершенно нормально и с точки зрения закона нет никаких оснований останавливать спокойно идущего по улице человека с оружейным чехлом за спиной. Вот уже в случае, когда человек обнажил оружие и несёт его в руках по улице, а тем более стреляет из него по машинам, как это было в Перми — вот тогда уже нужно вызывать полицию, Росгвардию и прочие аналогичные службы. Но судя по всему, в этот момент все любители заламывать руки в комментариях в Интернете — сидели тихо по кустам, словив медвежью болезнь, и всех спас простой русский гаишник Константин Калинин — человек-кремень, который вышел с банальным пистолетом Макарова против стрелявшего в него из ружья психопата и успешно остановил оного. При этом, как пишут в Интернете — ещё и смог прицельно прострелить ноги убийце, что в такой стрессовой ситуации как перестрелка — выглядит вообще чудом! Гвозди бы делать из таких людей, как Константин Калинин.

Теперь мы переходим к третьей проблеме интернет-радетелей за благое дело — оные наивно думают, что ещё больше препон на пути законопослушных граждан к оружию почему-то должны остановить гражданина незаконопослушного. Тут у нас встречаются, например, поросшие мхом ревнители советских традиций, которым больно от того, что раньше для получения банального гладкоствольного ружья надо было год состоять в местном охотсообществе. В каких-то охотсообществах при этом надо было заниматься полезным делом — вместе с другими охотниками заготавливать всякое сено для травоядных животных, да пополнять кормушки для зверей в лесу; а где-то — всего лишь исправно снабжать местных Кузьмичей брауншвейгской колбасой с коньяком. А сейчас всего этого больше не надо — достаточно получить охотничий билет да расписаться в знании охотничьего минимума — ведь необязательно, что человек, купивший ружье по охотничьей лицензии, пойдёт в лес охотиться. Тем не менее, ментально застрявшие 60-70-х годах прошлого века комментаторы, наивно считают, что все, кто получил оружие по охотничьей лицензии — являются записными охотниками.

Здесь мы также наблюдаем несовершенство современного законодательства об оружии — когда человек, который не собирается быть охотником, а ему просто нравится стрелять из своего оружия в свободное от работы время — вынужден получать охотничью лицензию. Наше законодательство, несмотря на всю его либеральность, использует неактуальное ныне деление подающихся на лицензию на:

  1. «коллекционеров» — в недалёком будущем, после ввода новых поправок в строй, таковые смогут лишь хранить дома своё оружие, не имея из него возможности даже пострелять.

  2. «самооборонщиков» — этим можно иметь только гладкоствольное оружие, причем даже самостоятельно изготавливать патроны нельзя. Совершенно бесполезный тип лицензии для тех, кому оружие интересно. Предполагаю, что если у нас по традиции «искать ключи не там где потерял, а там где светлее» — ужесточат требования для получения оружия охотникам, то всякие будущие массовые убийцы-психопаты будут пользоваться именно этим типом лицензии.

  3. «спортсменов» — тут нужно уже иметь членство в какой-нибудь лицензированной спортивной или образовательной организации, а также документ, подтверждающий занятия спортивной стрельбой, чтобы получить себе оружие. Если ты новичок, который хочет только лишь начать заниматься какой-нибудь практической стрельбой, то оружие ты не получишь — нужно сначала получить вышеописанные документы. А в стрелковом клубе тебе никто ружьё в аренду не даст, по крайней мере я о таком никогда не слышал — надо уже иметь своё для занятий! Исключение есть разве что для пистолетов. То есть мы получаем замкнутый круг: чтобы получить оружие по этой лицензии надо уже заниматься соответствующим спортом, а чтобы заниматься соответствующим спортом надо уже иметь своё оружие.

    Классическое: «пусть сначала плавать научатся, а потом мы им в бассейн воды нальём».

    Это, понятное дело, тоже совершенно бесполезный тип лицензии — на всю Россию наверное найдутся три с половиной человека, у которых она есть.

  4. «охотников» — самая интересная категория, ибо им можно так же гладкоствольное оружие и нарезное через 5 лет, а также можно самостоятельно изготавливать патроны как для гладкоствольного, так и для нарезного оружия — и для этого, помимо общих для всех медосмотров с прохождением психиатра и нарколога, достаточно иметь лишь охотничий билет, который бессрочный и получается по заявлению на Госуслугах. Собственно, поэтому все начинающие спортсмены получают оружие именно по охотничьей лицензии.

Люди, которые просто интересуются оружием, обвесом, любят пострелять для своего удовольствия в тире или на стрельбище — законодательством не учитываются и таковым тоже приходится получать оружие по охотничьей лицензии, как по наиболее подходящей их интересам и дающей максимально широкие «оружейные права». А потом мы видим стоны Кузьмичей в Интернете, на тему того, что понапокупают тут себе новоиспечённые «охотники» всякого спортивного или «тактического» снаряжения и в Инстаграме фотографируются, параллельно сотнями сжигая патроны на стрельбищах. И невдомек им, что это никакие не охотники — человек лося видел лишь на картинках и к охоте на животных равнодушен — просто современное законодательство полностью игнорирует его существование, считая будто людей, которым просто нравится стрелять из своей личной «гром-палки», обвешивая её всякими дорогущими цевьями, прикладами, коллиматорами и фонарями, вместе с прочей оптикой — не существует. Вот и приходится брать охотничью лицензию, чтобы иметь возможность хоть как-то заниматься любимым хобби.

Тут конечно тоже есть вагон «умных» комментаторов, которые за всех всё знают и уверены, что раз тебе хочется заниматься стрельбой из своего оружия, то значит ты должен идти на службу в армию, либо в полицию, либо вовсе молча пользоваться оружием тира — но людям, которые свято уверены в том, что современный человек, живущий в мегаполисе, не должен ничего иметь в собственности: общественное оружие из тира вместо личного, каршеринг вместо машины, прокатный велосипед с чугунной рамой и литыми колёсами вместо своего нормального, коливинг или коммуналка вместо хотя бы своей студии, а также распутные женщины на каждый день вместо обычной семьи с детьми — и так далее — в общем таковым людям нет смысла что-либо доказывать; по моему скромному мнению их заблудшей душе может помочь лишь врач из заведения имени Скворцова-Степанова, либо батюшка из ближайшего церковного прихода.

Также, в нашей третьей проблеме, встречаются люди, свято уверенные в том, что врачи из психдиспансера и наркодиспансера встанут железной стеной на пути разнообразных психов и наркоманов, стоит заставить владельцев оружия проходить проверки раз в год или даже чаще. Но это опять таки дарует лишь мнимое ощущение безопасности. Человек может сойти с ума внезапно — после того как у него умер кто-то близкий или, например, после того как ему кирпич на голову упал. А проверки в ПНД всего лишь раз в год, вот беда то!

И ещё, можно найти совершенно удивительных личностей, считающих, что поднятие минимального возраста для оформления лицензии на гражданское оружие спасёт нас от психопатов — хотя как показывает нам случай с пермским массовым убийцей — таковые «люди» способны ждать своего часа хоть 3 года, хоть 33 года. Либо же, нам предлагают выдавать сначала чуть ли не одностволки в качестве первого оружия — в мыслях подобных комнатных Рэмбо, все окружающие с голыми руками сразу же скопом навалятся на убийцу после первого же выстрела, пока он не успел закинуть новый патрон в патронник, свяжут его по рукам и ногам и сдадут приехавшей полиции.

Источник всех вышеперечисленных проблем, на мой взгляд — в современной тенденции на построение безопасного для всех мира, где никто не может тебя обидеть ни словом, ни делом. Эдакий всепланетный safespace для 20-40-летних детей, с яркими красками и сглаженными углами, где не существует ничего опасного, а также болезней и смертей. К сожалению, Россия не отстаёт здесь на 10-15 лет от других стран, а идёт вместе со всеми, в общем потоке — чего стоят одни рамки с вахтёрами на входе уже почти в любое общественное помещение. Понятное дело, что преступника они не остановят, на то он и преступник, зато честному и законопослушному гражданину уже даже с газовым баллончиком из дома не выйти.

В итоге, это порождает людей свято уверенных в том, что мир вокруг них навсегда безопасен, а с ними ничего плохого случиться не может никогда. А когда всё-таки что-то плохое происходит, то для них лицемерно подменяют эмоджи с пистолетом на присоскомёт во всех мессенджерах, да запрещают bump-fire приклады, как это было после одного из массовых убийств в США. Про наш закон «Об оружии», который меняют чуть ли не после каждого преступления с огнестрельным оружием — и так все знают.

Первые «звоночки» грядущей победы «пластмассового мира» уже есть и в нашей стране — так в обсуждении действий преподавателя Олега Сыромятникова из ПГНИУ, многие называют 18-летних студентов детьми. Даже не подростками, а детьми (!) — инфантилизация поистине поражает — каких-то 10 лет назад невозможно было себе представить, чтобы кто-то называл 18-летнего лба ребёнком.

Так что, я весьма пессимистично смотрю на будущее гражданского оружия в России. Скорее всего моё поколение (+/- 5 лет) — родившиеся в 90-х — это последнее поколение более менее свободно имевшее доступ к гражданскому оружию, стрелявшее из него и имевшее возможность спокойно ездить по городу на каком угодно транспорте с оружейным чехлом за спиной, или с газовым баллончиком в кармане, или с ножиком (колбаса или пластыри в аптечке сами себя не порежут) в сумке. Дальше, в общественных трендах будет продажа родной матери ради ещё большей толики мнимой безопасности.

Под конец, стоит привести немного изменённую цитату писателя Майкла Хопфа:

«Плохие времена рождают сильных людей.
Сильные люди создают хорошие времена.
Хорошие времена порождают слабых людей.
Слабые люди порождают плохие времена.»